Логин:
Пароль:

Регистрация

ДОКУМЕНТЫ КВАЛИФИКАЦИОННОЙ КОМИССИИ

 

Заключение Квалификационной комиссии № 3 (Вестник 2010 № 7,8)



Избранный адвокатом Г. метод защиты при осуществлении профессиональной деятельности в отношении доверителя К. при подготовке ее гражданского дела, когда интересы истицы представлял сотрудник коллегии адвокатов г. Москвы «Б. и партнеры» Б., не наделенный статусом адвоката, а сам адвокат Г. от исполнения договора устранился, не может быть расценен в качестве честного, разумного, добросовестного, квалифицированного, принципиального и своевременного исполнения обязанностей адвоката, соблюдающего права, честь и достоинство лица, обратившегося к нему за оказанием юридической помощи.

К. обратилась в Адвокатскую палату г. Москвы с жалобой на действия адвоката Г., указав, что 30.08.2009 г. она обратилась в коллегию адвокатов г. Москвы «Б. и партнеры» с просьбой об оказании ей юридической помощи по разводу и разделу совместно нажитого имущества супругов. Между К. и адвокатом Г. был заключен договор об оказании правовой помощи, по условиям которого исполнитель принял на себя обязанности по оказанию клиенту правовой помощи в рамках спора по иску К. к К. о расторжении брака, взыскании алиментов и разделе совместно нажитого имущества. Правовая помощь согласно указанному выше договору включала в себя подготовку и подачу искового заявления, разработку правовой позиции, представление интересов клиента в суде. За оказание помощи по этому договору К. должна выплатить исполнителю (адвокату Г.) безотзывный гонорар в размере 150 000 (ста пятидесяти тысяч) рублей, а при положительном для клиента результате — 5 % от стоимости возвращенного по судебному решению или условиям мирового соглашения имущества.

К. обращает внимание в своей жалобе на то обстоятельство, что согласно ст. 25 Федерального закона Российской Федерации от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокатская деятельность осуществляется на основании соглашения между адвокатом и доверителем, а адвокат Г. заключил с нею не соглашение, а договор. При этом сам адвокат Г. делом К. заниматься не стал, а передал его некоему Б., даже не адвокату, а просто представителю, которым может быть любой человек старше 18 лет (даже с тремя классами образования и пятью судимостями).

Включенные в текст заключенного с заявителем договора об оказании правовой помощи пункты, предусматривающие обязательство клиента при положительном для клиента результате рассмотрения иска выплатить исполнителю вознаграждение в размере 5 % от стоимости возвращенного по судебному решению имущества и при подписании мирового соглашения на условиях клиента выплатить исполнителю вознаграждение в размере 5 % от стоимости возвращенного имущества, К. оценивает как ничтожные.

Данный вывод сделан заявительницей в результате анализа положений, содержащихся в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 23 января 2007 г. № 1-П.

Относительно качества оказанной К. в рамках договора от 30 августа 2009 г. юридической помощи заявительница указывает, что в исковом заявлении от 10.09.09 г., составленном и поданном от ее имени Б., содержатся правовые ошибки, что подтверждается определением З. районного суда г. Москвы от 16.09.2009 г. Так, в определении указано:

«При составлении искового заявления были нарушены требования ст. 131 ГПК РФ:
Не ясны требования истца в части:
  • какое имущество является предметом рассмотрения данного спора;
  • какое имущество истца должно быть передано в собственность ответчика;
  • в чем заключается нарушение либо угроза нарушения прав истца. »
В связи с вышеприведенными недостатками исковое заявление было оставлено судом без движения до 5.10.2009 г. Поскольку до указанной даты ничего сделано не было, Б. 5.10.2009 г. пишет заявление в суд о продлении срока оставления заявления без движения, не указывая при этом дату, до которой он просит продлить срок.

З. районный суд г. Москвы в этот же день выносит определение о продлении срока до 15.10.2009 г.

7.10.2009 г. Б. подает уточненное исковое заявление, в котором повторно просит признать право собственности на земельный участок в деревне Ж. за г-ном К. И это при том, что право собственности на данный участок зарегистрировано за К. в установленном законом порядке, о чем Б. было известно из предоставленных ему К. документов. Заявитель считает, что итогом этой «настойчивости» было то, что ее муж подал встречный иск о разделе данного земельного участка. Как К. было позже разъяснено в другой юридической консультации, требование о признании права собственности на недвижимость, которая уже находится в собственности этого же лица, не соответствует закону.

Заявитель также утверждает, что при подаче искового заявления была неправильно исчислена государственная пошлина, подлежащая оплате, и юридически неверно и с ошибками составлено заявление о принятии обеспечительных мер.

К. указывает, что согласно закону
  • «... адвокатской деятельностью является квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката. »;
  • «... адвокат обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя...», а заключенный ею договор об оказании юридической помощи обернулся для нее большими моральными и материальными потерями. Поэтому заявитель отозвала у нотариуса выданную ранее доверенность на представление ее интересов, о чем сообщила в письменном виде.
Анализируя условия договора об оказании юридической помощи, К. указывает, что считает его незаключенным, так как не все существенные условия договора в нем присутствуют.

Заявитель также утверждает, что вышеизложенное свидетельствует о том, что адвокат Г. осуществлял свою деятельность, не имея на руках законного соглашения об оказании юрпомощи (что он понимал, если он адвокат), что само по себе уже есть нарушение федеральных законов, и осуществлял действия, явно противоречащие интересам К. Заявитель просит возбудить дисциплинарное производство и привлечь адвоката Г. к дисциплинарной ответственности, обязать его вернуть К. уплаченный ему гонорар в сумме 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей, госпошлину в сумме 20 000 (двадцать тысяч) рублей, а также неустойку в соответствии с Законом о защите прав потребителей в сумме 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей, по 1 % за каждый день просрочки, но в разумных размерах (ст. 333 ГК РФ).

...Выслушав объяснения заявителя К., изучив материалы дисциплинарного производства, обсудив доводы жалобы К. и возражений адвоката Г., Квалификационная комиссия, проведя голосование именными бюллетенями, единогласно пришла к следующим выводам.

30 августа 2009 г. между заявителем и адвокатом Г. был заключен договор об оказании правовой помощи. Предметом договора являлось оказание правовой помощи К. в З. районном суде г. Москвы в рамках спора о расторжении брака, взыскании алиментов и разделе совместно нажитого имущества. Пунктом 5 договора за оказание правовой помощи клиент выплачивает исполнителю безотзывный гонорар в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей. Указанный платеж осуществляется в течение месяца двумя равными платежами: первый платеж в размере 75 000 (семьдесят пять тысяч) рублей осуществляется в срок не позднее трех дней с момента подписания договора, второй платеж в размере 75 000 (семьдесят пять тысяч) рублей — в течение календарного месяца с момента подписания договора. Как свидетельствуют представленные заявителем доказательства, указанные платежи ею осуществлены 10 августа и 7 сентября 2009 г. и оформлены в виде расписок, выданных заявителю адвокатом Г. Договор об оказании правовой помощи предусматривает выплату «гонорара успеха» в случае положительного для клиента разрешения иска.

По утверждению К., адвокат Г. не исполнил своих обязательств по договору, перепоручив исполнение указанных обязанностей юристу КАГМ «Б. и партнеры» Б., который некачественно и непрофессионально вел гражданское дело заявителя в З. районном суде г. Москвы. Данное утверждение К. подтверждается представленными сторонами дисциплинарного производства документами. Так, из многочисленных документов, находящихся в материалах настоящего дисциплинарного производства, не усматривается, какие конкретно юридически значимые действия по исполнению принятого на себя поручения осуществил адвокат Г. Представленные адвокатом Г. документы со всей очевидностью свидетельствуют, что именно юрист Б. вел переговоры и переписку по электронной почте с К., составлял проекты процессуальных документов, подписывал их, оплачивал государственную пошлину, ходил на прием к судье.

К. пояснила, что, заключая договор поручения, она однозначно воспринимала Б. как адвоката, поскольку именно в таком качестве он ей представился.

Согласно п. 1 ст. 1 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокатской деятельностью является квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката в порядке, установленном Федеральным законом, физическим и юридическим лицам в целях защиты их прав, свобод и интересов, а также обеспечения доступа к правосудию.

Адвокат при осуществлении профессиональной деятельности обязан соблюдать Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», Кодекс профессиональной этики адвоката. За неисполнение либо ненадлежащее исполнение своих обязанностей адвокат несет ответственность, предусмотренную Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (пп. 4 п. 1 ст. 7; п. 2 ст. 7 названного Закона).

В силу пп. 1 п. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и ст. 5 Кодекса профессиональной этики адвоката адвокат при осуществлении своей профессиональной деятельности обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством средствами.

Согласно ст. 16 Кодекса профессиональной этики адвоката воз-награждение за представление интересов доверителя определяется соглашением сторон и может учитывать объем и сложность работы, продолжительность времени, необходимого для ее выполнения, опыт и квалификацию адвоката, сроки, степень срочности выполнения работы и иные обстоятельства.

Учитывая указанные положения, заявитель, заключая договор с адвокатом, исходил из того, что представлять его интересы будет лицо, обладающее необходимой квалификацией, опытом и умением подготовки необходимых процессуальных документов, выступления в судебном заседании, знаниями тактики и стратегии ведения гражданских процессов, соответствующими высокому статусу адвоката.

Однако, как указывает в своей жалобе К., как показал ход гражданского процесса, юридическая помощь, оказанная ей, не соответствовала требованиям и условиям законодательства и договора, а была некачественной и неквалифицированной.

Заявитель считает, что подготовленные Б. исковое заявление, ходатайство, заявления не соответствовали требованиям, обычно предъявляемым при составлении процессуальных документов.
 
В силу ст. 1, 2; пп. 1 и 4 п. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката на адвокате как лице, оказывающем на профессиональной основе квалифицированную юридическую помощь, лежит обязанность осуществлять адвокатскую деятельность в строгом соответствии с предписаниями законодательства Российской Федерации, в том числе Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».

Интересы К. в процессе подготовки и подачи иска в суд представлял юрист Б., что свидетельствует о том, что адвокат Г. перепоручил ему свои обязанности по заключенному с заявителем договору. Исходя из логического и систематического толкования норм гражданского законодательства и законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, передача исполнения обязательств, принятых адвокатом согласно заключенному соглашению, другим лицам (не адвокатам) не допускается.
В соответствии со ст. 25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем.

Соглашение представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами), на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу.

Одним из существенных условий соглашения является указание на адвоката (адвокатов), принявшего (принявших) исполнение поручения в качестве поверенного (поверенных), а также на его (их) принадлежность к адвокатскому образованию и адвокатской палате.

Избранный адвокатом Г. метод защиты при осуществлении профессиональной деятельности в отношении доверителя К. при подготовке ее гражданского дела, когда интересы истицы представлял сотрудник коллегии адвокатов г. Москвы «Б. и партнеры» Б., не наделенный статусом адвоката, а сам адвокат Г. от исполнения договора устранился, не может быть расценен в качестве честного, разумного, добросовестного, квалифицированного, принципиального и своевременного исполнения обязанностей адвоката, соблюдающего права, честь и достоинство лица, обратившегося к нему за оказанием юридической помощи.

Что же касается претензий заявителя относительно возврата уплаченных адвокату Г. денег, то данный вопрос находится вне рамок компетенции Квалификационной комиссии.
Квалификационная комиссия считает необходимым обратить внимание адвоката Г. на то обстоятельство, что адвокат как профессиональный участник судопроизводства (лицо, оказывающее квалифицированную юридическую помощь на профессиональной основе — ст. 1 и 2 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации») обязан своими поступками укреплять веру в надежность такого общепризнанного способа защиты прав и свобод граждан, каковым является судебный способ защиты. Предъявление претензий к адвокату по качеству его работы, степени выполнения принятых адвокатом на себя обязательств — прерогатива доверителя. Недовольство К. поведением адвоката Г. связано с его профессиональным равнодушием и небрежностью при отстаивании интересов своего доверителя.

Нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и Кодексом профессиональной этики адвоката, если с момента совершения им нарушения прошло не более одного года (п. 1 и 5 ст. 18 Кодекса).

С учетом сделанных Квалификационной комиссией выводов о характере правоотношений, возникших между заявителем жалобы и адвокатом Г., Квалификационная комиссия приходит к выводу о том, что адвокат Г. в нарушение требований п. 1 ч. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката не выполнил возложенной на него обязанности честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами.

На основании изложенного Квалификационная комиссия Адвокатской палаты г. Москвы, руководствуясь п. 7 ст. 33 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и пп. 1 п. 9 ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката, единогласно выносит заключение:
 о неисполнении (ненадлежащем исполнении) адвокатом Г. своих профессиональных обязанностей перед доверителем К. и о нарушении адвокатом Г. пп. 1 п. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», что выразилось в нарушении им возложенной на каждого адвоката обязанности при осуществлении профессиональной деятельности разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами.

Совет согласился с мнением Квалификационной комиссии и вынес адвокату Г. дисциплинарное взыскание в форме предупреждения.


Возврат к списку




Copyright © 2006-2016 Адвокатская Палата Города Москвы. При перепечатке любой информации, ссылка на сайт www.advokatymoscow.ru обязательна. Дизайн сайта: Александр Назарук