Логин:
Пароль:

Регистрация

ДОКУМЕНТЫ КВАЛИФИКАЦИОННОЙ КОМИССИИ

 

Заключение Квалификационной комиссии № 2 (Вестник 2010 № 7,8)



Недовольство доверителя работой своего адвоката в рассмотренной Квалификационной комиссией ситуации напрямую связано с профессиональным равнодушием адвоката и небрежностью при отстаивании интересов своего доверителя.

Б. обратилась в Адвокатскую палату г. Москвы с жалобой на действия (бездействие) адвоката К., указав, что в связи с предъявлением к ней иска о расторжении договора пожизненной ренты она 12 августа 2009 г. заключила соглашение об оказании юридических услуг с ООО «Х», пунктом 1.2 которого предусмотрено, что ООО «Х» представляет ей в качестве представителя ее интересов в суде адвоката. Согласно пунктов 2.1 и 2.2 упомянутого соглашения Б. обязалась внести ООО «Х» за ведение ее гражданского дела в Ч. районном суде 60 000 (шестьдесят тысяч) рублей, из которых Б. внесла ООО «Х» 30 000 (тридцать тысяч) рублей за ведение дела в первой инстанции. ООО «Х» предоставило ей адвоката К.

12 августа 2009 г. Б. оформила на адвоката К. судебную доверенность, удостоверенную нотариусом, и передала ее адвокату К.

Адвокат К. связывался с заявителем жалобы только по телефону. При этом инициатива постоянно исходила от Б., потому что она волновалась за исход своего дела в суде.
Адвокат К. давал ей расплывчатые объяснения, говорил, что всё держит под контролем, ходит в суд и выполняет всю необходимую работу.

24.09.2009 г. адвокат К. позвонил Б. и сообщил, что проиграл дело: иск Т. к Б. удовлетворен судом.

Б. договорилась с адвокатом К., что он составит кассационную жалобу в Московский городской суд, а когда назначат дело, она оплатит его услуги за участие в кассационной инстанции.

Позже они неоднократно связывались по телефону. Адвокат К. ее уверял, что подал кассационную жалобу в срок. Б. ожидала назначения дела, но прошло больше месяца, а дело не назначалось.

Со слов адвоката К. Б. было известно, что жалобу адвокат отправил по почте, в связи с чем назначение дела в Мосгорсуде затягивается.
 
20.10.2009 г. Б. сама поехала в Ч. районный суд г. Москвы, где выяснила, что кассационной жалобы от ее имени не поступало, решение вступило в законную силу, сроки обжалования истекли.

Б. ознакомилась с материалами гражданского дела и выяснила, что адвокат К. принимал участие в деле в качестве ее представителя дважды: 20.08.2009 г. при подготовке дела к судебному разбирательству и 24.09.2009 г. — в судебном заседании. При этом, как утверждает Б., адвокат К. не предъявил суду ни доверенности, ни ордера на ведение дела.

Несмотря на то, что Б. была не согласна с иском, так как имела ряд документов, подтверждающих исполнение ею договора пожизненной ренты, адвокат К. ничего не сделал в суде в защиту ее интересов. Б. утверждает, что она исполняла свои обязанности по договору пожизненной ренты с Т. с 29 ноября 2001 г. За указанный период она выплатила значительную денежную сумму, приложила много физического труда. В 2004—2006 гг. аналогичный иск Т. к Б. был предметом судебного разбирательства. Интересы Б. защищал другой адвокат, который провел большую работу по сбору доказательств в пользу Б. и выиграл дело — в иске Т. было отказано.

Доверившись адвокату К., Б. была уверена, что он сможет отстоять ее права на квартиру, соберет необходимые документы, составит аргументированные возражения, пригласит в суд свидетелей со стороны ответчика, то есть сделает все так же, как в первый раз сделал другой адвокат.

Но адвокат К. не представлял доказательства, не добивался истребования сведений, опровергающих иск, не написал возражения или объяс-нения по иску, не знакомился с протоколом судебного заседания.

Узнав, что кассационная жалоба не была подана, Б. потребовала от адвоката объяснений. Он стал извиняться перед ней, объясняя всё тем, что он разводится, а поэтому не смог своевременно составить жалобу.

Б. также указывает в жалобе, что, уверив ее в подаче кассационной жалобы на решение суда, адвокат К. обманул своего доверителя, сделал невозможным пересмотр решения в вышестоящих судебных инстанциях.

Б. полагает, что адвокат К. не исполнил свой профессиональный долг, а именно: честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, защищать интересы доверителей всеми не запрещенными законом средствами. Заявитель считает, что недобросовестность адвоката К. перечеркнула все ее возможности доказать истинное положение дела в судебных органах.

Б. просит разобраться в сложившейся ситуации и привлечь адвоката К. к ответственности и, возможно, решить вопрос о лишении его статуса адвоката.

В силу ст. 1, 2; пп. 1 и 4 п. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката на адвокате как лице, оказывающем на профессиональной основе квалифицированную юридическую помощь, лежит обязанность осуществлять адвокатскую деятельность в строгом соответствии с предписаниями законодательства Российской Федерации, в том числе Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».

Заключение соглашения в письменной форме и четкое указание в нем существенных условий, в том числе предмета поручения, позволяют определить взаимные права и обязанности адвоката и доверителя в связи с выполнением конкретного поручения. Нарушение указанных требований федерального законодательства влечет за собой возникновение состояния неопределенности в правоотношениях адвоката и доверителя и может породить (как это имеет место в рассматриваемом дисциплинарном производстве) разногласия по поводу объема принятого поручения (см. п. 1 ст. 2 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»).

Квалификационная комиссия обращает внимание адвоката К. на то, что надлежащее исполнение адвокатом своих обязанностей перед доверителем предполагает среди прочего и оформление договорных правоотношений с доверителем в строгом соответствии с законом. Адвокат не должен оказывать юридическую помощь вне рамок надлежащим образом оформленного соглашения с доверителем. Однако если в силу каких-то причин адвокат участвовал в процессе без требуемого ст. 25 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» оформления своего соглашения с доверителем, он как профессиональный участник судопроизводства тем не менее остается членом адвокатского сообщества, к которому обратились за оказанием квалифицированной юридической помощи. Соответственно и в этом случае на него распространяются все правила, действующие в этом сообществе.
 
Из имеющихся в материалах дисциплинарного производства доказательств и данных сторонами дисциплинарного производства объяснений усматривается, что адвокат К., не имея надлежаще оформленного с Б. соглашения на его участие в гражданском деле № 2-4146/09 в Ч. районном суде г. Москвы, принял участие в судебном заседании 24 сентября 2009 г., что подтверждается объяснениями сторон настоящего дисциплинарного производства и копией протокола судебного заседания от 24 сентября 2009 г.

При этом из представленных заявителем письменных доказательств (решения суда, протокола судебного заседания и иных материалов гражданского дела) усматривается, что ее представитель К. в процессе рассмотрения гражданского дела не сформировал защитительную позицию в интересах ответчика, не составил возражений на предъявленный к Б. иск, не заявил ни одного ходатайства, не представил ни одного доказательства и не задал ни одного вопроса, то есть не произвел ни одного процессуально значимого действия. После вынесения решения в установленные законом сроки адвокат К. не ознакомился с протоколом судебного заседания и не подготовил проекта кассационной жалобы.

Утверждение адвоката К. о том, что им в судебном заседании 24 сентября 2009 г. устно было заявлено ходатайство о вызове в суд участкового и самой Б., Квалификационная комиссия оценивает критически, так как это утверждение опровергается копией протокола судебного заседания от 24 сентября 2009 г. Поскольку адвокат К. не знакомился с данным протоколом судебного заседания и, следовательно, не мог принести в этой части замечания на него, он лишил себя возможности доказать факт заявления им ходатайства.

Таким образом, оценивая обстоятельства дисциплинарного производства, Квалификационная комиссия не может рассматривать ведение адвокатом К. гражданского дела № 2-4146/09 в Ч. районном суде г. Москвы в интересах Б. в качестве квалифицированной юридической помощи, оказываемой адвокатом на профессиональной основе физическим и юридическим лицам в целях защиты их прав, свобод и интересов, а также обеспечения доступа к правосудию (п. 1 ст. 1 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»). Подобная деятельность адвоката не может быть признана честным, разумным и добросовестным отстаиванием прав и законных интересов доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами.

Квалификационная комиссия считает необходимым обратить внимание адвоката К. на то обстоятельство, что адвокат как профессиональный участник судопроизводства (лицо, оказывающее квалифицированную юридическую помощь на профессиональной основе — ст. 1 и 2 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации») обязан своими поступками укреплять веру в надежность такого общепризнанного способа защиты прав и свобод граждан, каковым является судебный способ защиты. Предъявление претензий к адвокату по качеству его работы, степени выполнения принятых адвокатом на себя обязательств — прерогатива доверителя. Недовольство Б. работой адвоката К. связано с его профессиональным равнодушием и небрежностью при отстаивании интересов своего доверителя, поскольку из материалов гражданского дела не усматривается ни одного юридически значимого действия, совершенного адвокатом К. в защиту интересов заявителя. Поставив Б. в известность о том, что кассационная жалоба на решение Ч. районного суда г. Москвы от 24 сентября 2009 г. им подана, и вводя ее в заблуждение относительно этого факта достаточно продолжительное время, адвокат К. лишил заявителя возможности обжаловать судебный акт в установленные законом сроки, чем оставил Б. без надлежащей юридической помощи и нарушил ее права и законные интересы.

Адвокат при осуществлении профессиональной деятельности обязан честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять обязанности, отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами; соблюдать Кодекс профессиональной этики адвоката (пп. 1 и 4 п. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката). За неисполнение либо ненадлежащее исполнение своих обязанностей адвокат несет ответственность, предусмотренную Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (п. 2 ст. 7 названного Закона).

Нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и Кодексом профессиональной этики адвокатов, если с момента совершения им нарушения прошло не более одного года (п. 1 и 5 ст. 18 Кодекса).

С учетом сделанных Квалификационной комиссией выводов о характере правоотношений, возникших между заявителем жалобы и адвокатом К., Квалификационная комиссия приходит к выводу о том, что адвокат К. в нарушение требований п. 1 ч. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката не выполнил возложенной на него обязанности честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами.

На основании изложенного Квалификационная комиссия Адвокатской палаты г. Москвы, руководствуясь п. 7 ст. 33 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и пп. 1 п. 9 ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката, единогласно выносит заключение:
о неисполнении (ненадлежащем исполнении) адвокатом К. своих профессиональных обязанностей перед доверителем Б. и о нарушении адвокатом К. пп. 1 п. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, что выразилось в нарушении им возложенной на каждого адвоката обязанности при осуществлении профессиональной деятельности честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством средствами, а именно: в незаключении с доверителем соглашения на оказание юридической помощи, а также в равнодушном и небрежном представлении интересов Б. в гражданском деле в Ч. районном суде г. Москвы.

Совет согласился с мнением Квалификационной комиссии и прекратил статус адвоката К.


Возврат к списку




Copyright © 2006-2016 Адвокатская Палата Города Москвы. При перепечатке любой информации, ссылка на сайт www.advokatymoscow.ru обязательна. Дизайн сайта: Александр Назарук